Автор: Владимир Тиравский
Сайт:
statuspress.com.ua
Ценные бумаги, недвижимость и банковские депозиты после финансово-экономического кризиса перестали быть надежными средствами сохранения и приумножения капитала. Вместо этого уникальные и эксклюзивные предметы старины возрастом старше 50 лет всегда в цене. Для старта антикварного бизнеса в Украине понадобится не менее $150 тыс., которые могут окупиться через три-четыре года.
Независимо от политического, социального и экономического климата в любом обществе, антиквариат всегда был, есть и останется высоколиквидным инвестиционным инструментом, обеспечивающим стабильную прибыль на уровне 20–50% годовых. Вот почему коллекционирование старинных вещей сегодня является прерогативой не только миллионеров и миллиардеров, но и представителей среднего класса. Их количество в мире на протяжении 2010 года, по данным компании Citizen Watch, увеличилось до 49%. Примечательно, что при этом они руководствуются не только материальной мотивацией. Владение раритетными вещами — своеобразный пропуск в элитарный дивизион, повышение собственного престижа и респектабельности, прекрасная возможность наладить деловые контакты с нужными людьми.
Промежуточным звеном в процессе круговорота антиквариата в природе, как правило, выступают антикварные салоны и аукционные дома. И они прекрасно на этом наживаются — на сегодняшний день бизнес купли-продажи старинных предметов занимает по уровню доходов третью позицию после торговли нефтью и алмазами. А по уровню «конфиденциальности» ничем не уступает таким криминальным видам деятельности, как продажа оружия и наркотиков. Именно поэтому определить конкретные финансовые объемы украинского антикварного рынка — дело не из легких. Эксперты оценивают их в достаточно широком диапазоне — от $300 млн до $1 млрд. И все потому, что у нас на фальшивые старинные вещи приходится доля аж в 20–40%. Помимо этого отечественный рынок характеризуется абсолютной внешней изолированностью. Дело в том, что вывозить антиквариат за пределы Украины, согласно законодательству, строго запрещено. А при его ввозе из-за границы взимается пошлина в размере 25–40% от стоимости (на Западе этот показатель не превышает 5–10%).
В авангарде консерватизмаХобби и не более — такая скромная роль отводилась антиквариату при советской власти. И только начиная с 1991 года, появилась возможность превратить его в средство основного заработка. У Александра Брея сегодня высокий авторитет и идеальное реноме благодаря тому, что тогда он оказался самым ловким: учредил первый в независимой Украине антикварный салон «Антик-Центр» на знаменитом Андреевском спуске в Киеве. Организовал также первый антикварный аукцион, где было сразу продано 70% выставленных лотов с ценами, смешными по нынешним меркам — $400–1000. Стал законодателем моды на закарпатскую живопись, открывая миру такие имена, как Адальберт Эрдели, Иосиф Бокшай, Золтан Шолтес, Андрей Коцка, Федор Минайло, Антон Кашшай (впоследствии стоимость их картин выросла с $2–3 тыс. до $75–100 тыс.). «У нас теперь одновременно работают реставрационная мастерская, лаборатория искусствоведческой, стилистической, технологической и химико-физической экспертизы предметов старины. Кроме того, конечно, сам салон по продаже антикварной мебели, бронзы, фарфора, икон, каминных часов, украинской, российской и западноевропейской живописи XVIII, XIX и XX веков. Поэтому все, кто работает на украинском рынке, — мои ученики, но ни один из них до сих пор не превзошел меня», — самоуверенно констатирует г-н Брей.
Федор Зернецкий тоже начинал свое вхождение в нишу антиквариата с Андреевского спуска. На протяжении 1993–1995 годов он открыл на базе Киевской реставрационной мастерской салон под названием «Эпоха», арендовав подвальное помещение на Андреевском спуске.
«Там были потолки высотой всего 1,6 м, — вспоминает г-н Зернецкий. — Но мы вырыли яму глубиной 1 м, укрепили фундамент. На все про все я потратил сумасшедшие на то время деньги — $25 тыс. Для того, чтобы окупить инвестиции, крутился, как только мог».
Сначала Федор просто покупал, реставрировал и продавал мебель. Со временем перешел на декоративно-прикладное искусство — живопись, дизайн и архитектуру. Пытался искать покупателей на всевозможных выставках, проходивших в Украинском доме, общался и строил отношения с VIP-персонами, которые посещали его салон. В итоге «Эпоха» (с двумя салонами в столице и по одному во Львове и Полтаве) стала монополистом в сегменте антикварной мебели. Фирма занимается также воспроизведением аутентичного интерьера в зданиях памятников архитектуры. В частности, в послужном списке работа в Батуринском дворце и митрополичьем доме при Софиевском соборе.
Культурная спекуляцияПо словам Владимира Костырко, консультанта галереи «Три короны», раритеты и реликвии попадают на прилавки антикварных салонов либо непосредственно от их владельцев, либо же благодаря арт-дилерам. В дальнейшем они продаются по цене на треть большей от закупочной. «Иногда, — замечает г-н Костырко, — бывают и исключения, когда салон продает какой-то предмет без наценки, себе в убыток. Но это только при условии, что товар заказан предварительно и есть высокая вероятность заполучить постоянного клиента».
Кроме того, некоторые старинные товары салоны соглашаются принимать на комиссию, требуя за это 20–25% от их стоимости. А за 5–10% готовы предоставить начинающим коллекционерам или арт-инвесторам услуги профессиональной консультации и экспертизы. «Оборачиваемость средств в антикварном салоне может растянуться на целые годы: как показывает практика, семь из десяти приобретенных салоном предметов старины могут ожидать своего покупателя целых полтора-два года. Тем не менее время в таком случае работает на пользу бизнеса, ведь цена антиквариата имеет свойство расти с годами», — заверяет Владимир.
Раз, два… продано!Параллельным каналом продажи антиквариата выступают аукционы, зарабатывающие на разнице между стартовой и финишной ценой каждого лота (предмета старины заранее приобретенного у его обладателя или выставленного организатором на торги за комиссию). «Как ни странно, коммерческий успех любого аукциона зависит не так от ценности лотов, как от личных качеств и харизмы лицетатора (ведущего торгов. — Ред.). Я, например, занимаясь аукционной деятельностью с 2001 года, перебрал на эту должность массу кандидатов: от Леонида Якубовича и Мыколы Вересня до своего брата. Впрочем, каждому из них все-таки чего-то не хватало — талантливый лицетатор должен владеть не только коммуникативными навыками и глубокими знаниями в сфере антиквариата, но и быть немного экстрасенсом и математиком: на интуитивном уровне просчитывать реальные финансовые возможности всех участников торгов», — убежден Федор Зернецкий.
Несколько раз в году аукционы в Украине проводят не только антикварные салоны, но и существующие специально для этого восемь аукционных домов. Большинство из них в первую очередь учитывает текущую конъюнктуру антикварного рынка, поэтому среди лотов преимущество исключительно на стороне живописи.
Только украинский филиал российского аукционного дома «Гелос» с представительствами в Киеве и Одессе пытается внести некоторое разнообразие, выставляя на продажу экспонаты нумизматики, фалеристики, букинистики, филателии и т.д. «Мы же стараемся выделяться транспарентностью: полностью вся информация с наших торгов всегда оглашается и является доступной для каждого, а доходы обязательно легализируются и не прячутся в тень, как у многих участников рынка», — отмечает Виктор Федчишин, совладелец аукционного дома «Корнерс».
Финишная цена уже проданных антикварных лотов на торгах в европейских и американских аукционных домах на 600–800% оказывается выше стартовой. В Украине она редко превышает 100%, потому и рентабельность местных аукционных домов составляет не более 35%. «И статей расходов у них предостаточно: затраты на атрибуцию, сохранение и реставрацию предметов антиквариата (приблизительно 10–15% от стоимости каждого предмета). А также отчисления в бюджет в размере 15% подоходного налога от цены лота и 25% налога из конечной прибыли», — говорит Андрей Демин, директор украинского филиала российского аукционного дома «Гелос». В целом для выхода на украинский рынок как в форме антикварного салона, так и в форме аукционного дома потребуется не менее $150 тыс. (первичная закупка товара, аренда помещения, обеспечение охраны), которые при удачном вхождении в рынок окупятся спустя три-четыре года.
Современное прошлоеИз всех сегментов антиквариата в настоящее время, как уже упоминалось, самые большие доходы приносит живопись, а именно работы украинских художников ХХ века. Например, цена на полотна таких творцов эпохи 1950–1970-х годов, как Сергей Шишко и Николай Глущенко, растет не в арифметической, а геометрической прогрессии: если 15 лет назад их можно было приобрести за $1–5 тыс., то теперь нужно выложить $100–300 тыс. Приумножить капитал в несколько раз реально и на картинах Адальберта Эрдели, Татьяны Яблонской, Александра Мурашко, Александра Богомазова, Николая Пимоненко, Сергея Васильковского, Сергея Светославского, Виктора Пальмова, Василия Ермилова и др.
Второе место после живописи, по мнению Наталии Лысенко, основательницы антикварного салона «Боско», вполне заслужено занимает букинистика: стоимость старинных книг с каждым годом увеличивается не менее чем на 30%. Да и риск натолкнуться на фальсификат в этом сегменте антиквариата является минимальным: самое большое, что могут сделать мошенники, так это поставить поддельный библиотечный штамп или вклеить ксерокопии нескольких утраченных страниц. Особенную ценность составляют книги, изданные до 1917 года, напечатанные гражданским шрифтом, имеющие нерелигиозное содержание, в сафьяновом или кожаном переплете со вставками из драгоценных металлов, наличием золотого обреза и гравюр. Еще лучше, если в книге встречаются ремарки, автографы, иллюстрации и экслибрисы известных людей.
Морщины им к лицу«20% ежегодно добавляют в своей стоимости деньги, то есть нумизматика: здесь постоянно дорожают именно инвестиционные монеты. К примеру, золотая памятная монета Украины «Оранта» номиналом 500 грн, выпущенная в 1996 году, продается сегодня уже за $10 тыс. А монета «Ласточкино гнездо», выпущенная в 2008 году тиражом 4 тыс. шт. с содержанием 15,5 г золота 900 пробы номиналом в 50 грн, только за 2009 год подорожала более чем на 40%», — информирует Тимур Кашкаров, эксперт отдела нумизматики аукционного дома «Гелос». Обеспечить 15% годовых способны ретромобили, особенно такие шедевры, как Mercedes-Benz SSK, Mercedes-Benz 540K, Mercedes-Benz 770K W150, Horch 853 или Dusenberg. Среди новых быстроразвивающихся и перспективных направлений, приносящих от 12% годовых, Леонид Комский, директор антикварного салона «Дукат», выделяет старинные сюжетные фотографии, акции, векселя, сертификаты, а также сувенирные модели яхт, кораблей, бронепоездов, паровозов и танков.
К категории низкодоходных «антикварных активов» относятся ювелирные изделия (5–7% годовых), а в последнее время и марки. Еще несколько лет назад коллекция почтовых марок приносила 15–20% годовых, сейчас из-за неразвитости внутреннего филателистического рынка — не более 10%. И то при условии, что в собрание входят марки Германии, Великобритании, США, Японии, Кореи, Китая и стран Латинской Америки.
Слишком рискованным считается содержание винной коллекции. Дело в том, что срок годности вина обычно не превышает 50 лет, к тому же оно влечет за собой высокие издержки на хранение и в значительной степени подвержено инфляционным процессам. Когда мировая экономика на подъеме, инвесторы активно вкладывают в этот сегмент антиквариата. Если макропрогноз негативен, спрос на вина падает, соответственно они дешевеют.
Толкотня на пьедесталеВ $27–30 млрд оцениваются ежегодные объемы мирового рынка торговли антиквариатом, и его столицей уже много лет считается Лондон. Именно в этом городе сосредоточено 2 тыс. антикварных салонов и 40 аукционных домов. Из них два — Sotheby’s и Christie’s — владеют почти 90% мирового рынка. За первое полугодие 2010 года аукционный дом Christie’s продал предметов антиквариата на сумму $2,5–2,9 млрд (на 43–46% больше, чем за аналогичный период в 2009 г.), а Sotheby’s заработал $2,2 млрд (здесь рост составил целых 100%). Продажи двух аукционных домов больше всего увеличились в США — на 116%, Гонконге — на 132% и в ОАЭ — на 155%. Рекордную выручку за 6 месяцев текущего года Christie’s принесла продажа картины Пабло Пикассо «Обнаженная на фоне бюста и зеленых листьев» 1932 года — $106,5 млн, а Sotheby’s — бронзовая скульптура швейцарского мастера Альберто Джакометти «Шагающий человек» 1961 года ($104,3 млн).
Однако над Туманным Альбионом висит угроза потерять свой привилегированный статус по причине повышения правительством Великобритании налога на продажу антиквариата на 5% и внедрения новой фискальной процедуры — уплаты отчислений торговцами антиквариата из перепродажи каждого предмета в пользу его автора и наследника. «Если подобная экономическая политика будет наблюдаться в дальнейшем, то эпицентром торговли антиквариатом окончательно станут США. Уже сейчас доли европейского и американского рынка в мировом масштабе почти сравнялись, а помнится, еще до 1998 года европейцы опережали американцев на 20%», — беспокоится Энтони Браун, председатель Британской федерации арт-дилеров. И это не безосновательные подозрения, поскольку Соединенные Штаты действительно уже почти 10 лет агрессивно наступают: еще в 2001 году самый большой интернет-магазин в мире с американской пропиской Amazon.com инвестировал $45,5 млн в аукционный дом Sotheby’s и сразу пришел в чужой монастырь со своим уставом — интенсивно внедрил торговлю антиквариатом в онлайн-пространстве. Кстати, не стоит забывать, что аналогичные объективные амбиции на лидерство постепенно появляются и у антикварных рынков Азии и Ближнего Востока.
